Александр Владленович Шубин (shubinav) wrote,
Александр Владленович Шубин
shubinav

Categories:

Отдайте перстни: интервью, которое "не подошло"

В первой половине этого года ко мне стала вдруг проявлять интерес православная пресса (имеется в виду именно та пресса, которая так себя позиционирует - круг православных людей, занимающихся журналистикой, конечно же шире). Сначала журнал "Нескучный сад" взял у меня интервью (три часа беседовали), но затем грубо нарушил условия публикации, о которых мы договаривались. Пришлось переделывать интервью в статьи, так как братья во Христе вдруг уцепились за свои права частной собственности на интервью со мной. Об этих обстоятельствах я рассказывал у себя на ФБ 20 апреля. Но, несмотря на такие результаты интерес к моей позиции у православных журналистов сохранился, видимо в связи с моим участием в борьбе против современного иосифлянства, о котором подробнее здесь:
http://svpressa.ru/all/article/56862/
И вот ко мне обратился сайт "Религаре". Наученный горьким опытом с "Нескучным садом", я оговорил свое право опубликовать интервью у себя, если оно "не подойдет" сайту. Православные журналисты уверяли, что в данном случае они настолько открыты разным мнениям, что это вряд ли случится, но на мои условия согласились. Я постарался выражаться максимально осторожно и сдержанно, но интервью все же "не подошло". По свежим следам событий я его тогда не опубликовал, так как мое внимание переключилось на обострившуюся политическую ситуацию и текущие научные задачи. Но поскольку осенью грядет новая сессия Думы, и вполне может быть принят закон, приравнивающий критику священников к уголовному преступлению (а почему бы и нет - теперь ничему нельзя удивляться), то я все же вывешу это свое интервью, пока это - не преступление.
 Чпл

Отдайте перстни – иначе вам отрубят пальцы

Интервью историка Александра Шубина

1.     Для марксиста церковь – часть «политической надстройки». Но христианство возникло в языческом государстве и на первых порах не было государственной религией. Возможно ли сегодня возвращение к ценностям христианства «катакомбного периода»?

Ментальная сфера, социальная психология, мышление – все эти вопросы ничуть не менее важны, чем экономика, которую марксисты считают базисом общества. Наше поведение зависит от нашего мировоззрения не меньше, чем от текущего состояния кошелька. Поэтому я как историк не согласен с Энгельсом, который отнес религиозные вопросы к «надстройке» (правда – не обязательно политической). Но действительно Церковь сильно меняется, если вступает в тесный союз с властью. Это изменение заключается в том, что священство начинает подчинять свои задачи царству, хотя Христос призывал четко разделять кесарево и Богово. В этом отношении часть людей, которые называют себя православными, отступают от Нового завета к Ветхому – к царелюбию, ксенофобии, архаичной жестокости.

Революция 1917 г. освободила Церковь от этого губительного для христианского учения союза, но было поздно – слишком сильно уже было в обществе неприятие старого режима, с которым ассоциировалась и Церковь. В этом – один из источников гонений 20-х гг., в которых принимали участие не только идейные большевики, но и массы людей, которые не могли простить священникам их прежней роли «парторгов» царизма.

В период советских гонений Церковь действительно больше думала о Христе, чем об умножении богатств, и в этом была ее сила, позволившая пережить тяжелые времена. А вот в наше время для иных священников умножение богатства стало важнее Любви, проповедуемой Христом. И снова нарастает ветхозаветная тенденция. Так что не к катакомбной церкви нужно возвращаться, а к Иисусу Христу, к Евангелию.


2.       Латинская Америка дает нам пример синтеза католичества и левой идеи – «теологию освобождения». Как вы отнеслись бы к аналогичному явлению у нас - «левому православию» или  «православному социализму», если бы их взяла на вооружение какая-нибудь новая политическая партия в России?

Такие явления начинаются не с партий, а с Церкви. Если заметное число священников обратится к идеям социализма, если за ними пойдет паства, то возникнет и необходимость в политической надстройке этого явления. Я думаю, для Церкви будет только во благо, если она не будет ассоциироваться с воинствующими шовинистами, которые используют христианскую символику для пропаганды своих право-радикальных идей. Да и из уст высокопоставленных церковных деятелей мы чаще слышим «белогвардейскую риторику», выступления в защиту нынешнего режима, защищающего очень богатых от всех остальных. А это чревато тем, что недовольство режимом перекидывается и на Церковь. Так что мне жаль, что среди видных священников нет народных заступников с социалистическими или хотя бы социал-демократическими взглядами. Это пошло бы на пользу авторитету Церкви.


3.       И наоборот, как вы оцениваете сочетание христианства с либерализмом. Естественно ли не быть дарвинистом в одном, но быть социал-дарвинистом в другом (эффект двух стульев)?

Те священники, которые считают себя либералами, насколько я знаю, не признают себя социал-дарвинистами. Они больше говорят о правах человека, среди которых – и право свободно исповедовать свою веру. Либерализм поддерживает элитарную социальную систему, основанную на частной собственности. Но и в социальной доктрине РПЦ вы найдете защиту частной собственности. Различие священников-либералов и священников-консерваторов лежит не в этой сфере, а в отношении к современности, к некоторой модернизации Церкви, к Западу.


4.       Церковные иерархи громко заговорили о возвращении к «некапиталистическому обществу»  (так высказался Всеволод Чаплин). Как вы оцениваете этот факт? Говорят,  власть готова совершить «левый дрейф» (временный?). Не попытка ли это дополнительно подтолкнуть ее влево, в том числе и со стороны РПЦ?

Мне недавно довелось беседовать с отцом Всеволодом Чаплиным, и могу вас уверить – это сторонник последовательных правых, консервативных взглядов. Отец Всеволод критикует капитализм не с социалистических (то есть пост-капиталистических), а с традиционалистских, докапиталистических позиций. Именно он недавно прославился высказыванием о том, что в 20-е гг. «нравственный долг христианина» заключался в том, чтобы «убить как можно больше большевиков». При этом отец Всеволод говорил это в связи с нынешней ситуацией. Я спросил отца Всеволода, как это соотносится с христианской заповедью «не убий»? Ответ подтвердил худшие мои опасения. Сославшись на Ветхий завет, отец Всеволод утверждал, что эта заповедь относится только к делам внутренним и к иудейской общине, и Новый завет в этом отношении ничего не изменил. И это при том, что Новый завет ликвидирует различие эллина и иудея! Какая иудейская община! Тем более, что уничтожение людей по принципу идеологии (например – коммунистической) – это и есть «внутреннее дело». Можно говорить о вынужденном вооруженном сопротивлении злу, о вынужденном тяжком грехе. Но считать убийства – нравственным долгом христианина – это означает бросать вызов Новому завету. Ведь Христос подчеркивал различие своего учения с ветхозаветным принципом «око за око, зуб за зуб»: «А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас». Апостол Павел добавляет: «наша брань – не против плоти и крови, но против начальств, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных». Мы можем противостоять власти, но не насилием. Именно ветхозаветное течение в православии питает наиболее правые, реакционные идеи – любовь к властям мира сего, воспевание насилия и убийства по принципу идеологической вражды, оправдание мирской алчности иосифлянскими рассуждениями о важности имущественного могущества церкви и, значит, частной собственности. Священники и даже монахи, стремящиеся к приумножению своей частной собственности, забывают, что легче верблюду пройти через игольные уши, чем богатому – в царствие небесное. Об этом же забывает и нынешняя правящая группа. Так что я не стал бы воспринимать ее «левые» высказывания всерьез.


5.       РПЦ не чурается говорить о левой идее - не значит ли это, что даже здесь нет непроходимой идейной пропасти? И, например, социальное государство в позднем СССР вполне могло бы уживаться с православием и церковностью, если бы не наследие научного атеизма?

Я не вижу, чтобы видные деятели РПЦ поддерживали левые идеи. Но со стороны христианских принципов и со стороны социалистического учения никакой пропасти нет. Пропасть пытаются выкопать радетели архаической старины, поклонники земной монархии, защитники господствующих классов «именем Божьим». Конечно, СССР не дает им покоя – и как антикапиталистический проект, и как пример компромисса светского (даже атеистического) государства и Церкви, достигнутого благодаря усилиям Патриархов Сергия и Алексия I. Ведь после 1962 г. отношения государства и Церкви в СССР были вполне мирными. Если не в руководстве РПЦ, то среди верующих и сейчас много людей, которые относятся к советскому периоду скорее положительно. Не социализма нужно бояться Церкви, а своего настоящего Врага.


6.       Чем могла быть вызвана антицерковная кампания в СМИ? Предвыборный год (Невзоров и т.п.)? Ведь кампании в СМИ отражают отнюдь не настроения низов. Почему либеральная элита недовольна Церковью? Ей-то уж точно нет дела до модульных храмов и срубленных из-за них деревьев…

Но низам есть до этого дело, и из-за произвола с модульными храмами в парках и других природоохранных территориях. Церковь стремительно теряет влияние в Москве именно среди населения. Я это наблюдаю непосредственно – и у меня под окнами собираются строить такой храм – в единственном месте отдыха, который у нас еще сохранился – в парке около кинотеатра «Ереван». Также негодуют и жители Чертаново, и Мневников, где прямо под окнами собираются строить и храм, и свечной завод. Люди, которые еще недавно относились к Церкви как к важному моральному авторитету, теперь проклинают ее и высказываются в стиле: «Достали!», «Надо Пуси райот позвать на наш митинг!», а то и более грубо. Возмущают людей и агрессивные священники вроде нашего Ореста Оршака, «пробивающего» стройку в парке на месте детской площадки, мечтающем возвести тут хозяйственные постройки, подъездные пути для «спецтранспорта» и т.п. Поэтому Невзоров, которому дали слово на ТВ в июле – это был первый звоночек нарастающего по разным поводам недовольства церковным стяжательством со стороны далеко не только либералов. Звоночек не был услышан. Пуси Райот и последовавшие затем споры и разоблачения – лишь верхушка очень опасного айсберга, корни которого – не в заговоре либеральной элиты, а в иосифлянском перекосе церковной политики. Такие перекосы могут и вправду привести к новому взрыву гонений «снизу». Заботясь о благополучии Церкви нельзя забывать: «отдайте перстни – иначе Вам отрубят пальцы».


  

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments